К "хэндоверу" Гонконга

Posted on July 1, 2017 in History, UK

I

Сегодня круглая дата — 20 лет так называемому “хэндоверу”, формальной передаче континентального Китая под управление Гонконгу. Американские марионетки на Тайване громко разыгрывали комедийный номер, угрожая “вернуть временно эвакуированные территории на материке” (т.е. по сути Китай целиком). Никто не воспринимал их всерьез, ведь как такое может быть, чтобы крохотный островок управлял огромной азиатской империей? ;) Англичане провернули подобный трюк взаправду, на глазах у изумленных американцев. Впрочем, случилось это не в один момент, ведь англичане градуалисты [1]. Поэтому важно рассмотреть все предшествующие события в контексте.

Холодная война делится на два примерно равных периода с переходом из одного в другой где-то в начале 1970х. Галковский считает, что второй период начинается не позднее Хельсинкских соглашений 1975 года. Первый период — это “первый срок” Америки в качестве гегемона, он характеризуется агрессивным выдавливанием европейцев с их позиций по всему миру. Африка по большому счету “освободилась” в 1968 году (португальские колонии ждали до 1975 года, видимо англичане пытались скосить под дурачков, “это не наше”, а американцы потребовали выложить из сапога и третью заточку тоже). В 1971 году были “отпущены” арабские монархии Персидского залива (Бахрейн, Катар, ОАЭ). На этом деколонизация была по сути закончена (оставалась только мелочевка крохотных островков и архипелагов).

1971 год это самая ранняя возможная дата начала второго периода Холодной войны. В том году англичане “покинули” свои базы “к востоку от Суэца” (устойчивое выражение, означающее Индийский и Тихий океаны). Причем они это сделали, казалось бы, вопреки своим градуалистским принципам, неожиданно и без анонса. Для американцев это оказалось шоком — временным отсутствием “сил НАТО” на половине планеты мог воспользоваться СССР или даже КНР. Им пришлось срочно занимать “брошенную” базу флота в Бахрейне [2], которая до сих пор является центром американской группировки на Ближнем Востоке. Они уже и так увязли во Вьетнаме, этот сюрприз стал ударом под дых от “верных союзников по НАТО и англосфере в борьбе против коммунизма”. ;) Киссинджеру тогда даже пришлось ездить в Китай тайком, уговаривать Мао войти в положение. После ковбойского “первого срока” до американцев начало доходить, что “что-то пошло не так”. А о “втором сроке” я отдельно скажу в продолжении цикла об аристократии-демократии.

Одновременно с этим шла передача представительства “Китая” в ООН от Тайваня к КНР. Американцам понижение статуса их марионеток (или “их”, как считает Галковский) радости тоже не доставляло. Вскоре, представитель КНР заявил, что пора бы колонизаторам вернуть Гонконг и Макао китайскому народу. В 1979 году губернатор Гонконга впервые посещает КНР, возобновляется железнодорожное сообщение между Гонконгом и Кантоном. По совпадению, Дэн Сяопин только что начал свои экономические реформы. В 1982 к нему приезжает Тэтчер, и начинаются формальные переговоры по “хэндоверу”, который должен был произойти ровно в момент истечения 99-летнего договора о безвозмездной аренде “новых территорий” Гонконга — в 1997 году. Переговоры заканчиваются в 1984 году подписью совместной декларации Британии и КНР.

Одни гонконгцы запаниковали и побежали в Британию и Канаду (в Ванкувере они сейчас составляют треть населения). Но другие увидели богатейшие возможности для бизнеса. Рассказывают, как китайские чиновники, начиная с конца 1970х, ездили в Гарвард, учились там капитализму, и поэтому реформы оказались сверхуспешными. Это невообразимая чушь. Реформы удались, потому что была затравка из гонконгского капитала и гонконгских предпринимателей, а иностранные инвесторы могли значительно уменьшать риски и, как следствие, охотнее инвестировать, благодаря посредничеству гонконгской финансовой, страховой и логистической индустрии. Без Гонконга не было бы и не могло бы быть никаких реформ.

Статус “специального административного региона” был обещан Гонконгу до 2047 года. 20 лет прошло, 30 осталось. Примерно половина пути. За это время материковый Китай стал более Гонконгом, чем Гонконг — материковым Китаем. Благодаря разгулянной за 150 лет англичанами кантонской региональной идентичности, гонконгцы испытывают сильную неприязнь к своим материковым “согражданам” [4]. Но гонконгская бизнес-элита понимает, что на материке тоже не дураки сидят, и за 30 лет реформ уже и сами научились капитализму. На материке сейчас впятеро больше долларовых миллиардеров, чем в Гонконге. Хотя и там тоже немало: больше, например, чем в метрополии. Поэтому были созданы гонконгские “пропекинские” партии, чья деятельность сопровождается скандалами о “сворачивании демократии” — гонконгские элиты встраиваются в систему, чтобы не растерять свое влияние на материке. Эта схема переезда Фирмы (или её подразделений) из тесной раковины в раковину покрупнее (Шанхай, например, давно во многом опережает Гонконг) нам уже знакома. ;)

Как и полагается в криптоколонии, из КНР активно вывозится капитал. Но ВВП КНР в десять раз превышает ВВП РФ. Хотя долларовых миллиардеров в КНР лишь втрое больше, чем в РФ, им всем нельзя жить в Лондоне. Такое стадо будет весьма заметно, пойдут ненужные вопросы. Поэтому основное направление для материковых китайских олигархов это тот же Гонконг. Это естественно, его ведь и основали для вывоза награбленного. Там своя отдельная юрисдикция, и все споры между пацанами можно разрешать по понятияманглийскому обычному праву в Высоком Суде, не хуже, чем в Лондоне. ;) А в Коулуне пакистанцы на каждом углу (буквально) зазывают пошить костюм, все как у Людей.

Крис Паттен, последний губернатор Гонконга, вспоминает историю. Пациент психбольницы спросил его, почему старейшая демократия мира отдает Гонконг последнему крупному тоталитарному режиму, не спрашивая население. Паттен не говорит, что он ему ответил, но из английской вежливости характеризует вопрос как “наиболее здравый”. Всем, кроме сумасшедших, слабоумных и малограмотных, понятно, что ответ — ТАК НАДО.

[1] Англичане продают революции посторонним, а для себя предпочитают эволюцию. Думаете, Дарвин и Маркс оказались современниками случайно? Время тогда такое было, когда стоило проговорить контраст между двумя идеями вслух. Но дошло не до всех.

[2] В 2014 году стало известно, что Британия планирует построить новую базу флота в Бахрейне, причем, ради смеха, под старым названием, использовавшимся до 1971 года (“HMS Juffair”). Особо не афишировалось, что Британия возвращается “на восток от Суэца”: ни одна газета почему-то не вышла с заголовком во всю первую полосу “EMPIRE STRIKES BACK”. Сейчас база достраивается, министерство обороны изложило планы о будущей группировке. Причем большую часть расходов на строительство взял на себя Бахрейн [3]. ;) Предлагаю подумать, что в этом свете означает нынешняя возня вокруг соседнего Катара.

[3] Некоторым слабоумным, пытающимся заставить Мексику заплатить за стену, стоит поучиться.

[4] В Гонконге своя собственная иммиграционная политика. Для въезда на материк, визу нужно получать гражданам почти всех стран мира. А въезд в Гонконг на короткий срок, наоборот, не требует визы почти ни у кого. И правильно, это же пиратская гавань. У гонконгцев свои собственные паспорта, по которым безвизовый въезд возможен в 150 стран, включая ЕС и Содружество (но не в США), а с паспортом материка только в 50. Жителям материка нужно получать визы для посещения Гонконга и виды на жительство для проживания. Гонконгцы ездят и живут на материке беспрепятственно.

Неприязнь гонконгцев к материковым китайцам выражается в одном забавном моменте. Как и в любой экономике с высоким уровнем личных доходов, в Гонконге популярно иметь домашнюю прислугу. Но ввозить дешевую рабочую силу с материка нельзя. Во-первых, их потом не вытолкать обратно. Во-вторых, постоянное присутствие носителей мандарина будут угрожать положению кантонского языка. Поэтому гонконгцы набирают горничных из Индонезии и Филлипин. Им дают разрешение на работу на 3 года, потом выгоняют, набирают новых. Сейчас они составляют около 4% населения Гонконга. Для сравнения, “белые” — 1%.

У горничных один выходной день в неделю, воскресенье. И они отрываются по полной. Все свободные поверхности улиц, парков и надземных переходов (буквально) занимаются их одеялами для пикников с утра до вечера, через них приходится перешагивать. Как это выглядит, можно посмотреть на последующих фотографиях. Гонконгцы предпочитают такой воскресный балаган притоку материковых “сограждан”. Английская наука.

II

Несколько общих мыслей как следствие сказанного. Нашей секте свидетелей Заката Америки нужно будет в ближайшие 10 лет внимательно следить за перевооружением Японии. Процесс уже пошел, хотя и в меньших масштабах, чем создание общеевропейской армии. Японцы понимают, что зонтик США над ними будет не всегда, а оставшись без него, они автоматически попадают под Китай. Никаких захватнических планов у японцев в этот раз не будет, но для сохранения своего нынешнего статуса “небогато, но чисто” понадобятся всамделишные вооруженные силы.

Тем не менее, возможен вариант “сферы совместного процветания” 2.0. Будущему гегемону-Европе выгодно сохранение нынешней позиции Китая — тот отгорожен от мирового океана (пока еще) американскими союзниками Южной Кореей, Японией, Тайванем и Филиппинами. Почему бы всем этим американизированным восточноазиатам не объединиться в региональный блок под лидерством Японии для сдерживания Китая? Евросоюзу же “память о второй мировой” сейчас не мешает объединяться “вокруг Германии” (внимание, скептические кавычки!). А лишний “предохранитель” не помешает.

Размышления о таком союзе на основе “общего американского прошлого” приводят к теме будущего международного языка. Понятно, что английский останется таковым даже после распада США, но будет ли он единственным? Также понятно, что в Азии ему не будет альтернативы: Китай, Япония, Корея, Индия, Филиппины, Малайзия уже и так вложили и вкладывают огромные усилия в изучение английского, на еще один европейский язык их не хватит. А мандарин им не позволят, да и не станут они все равно его учить. Между собой и с миром за пределами Азии они будут общаться по-английски, это теперь навсегда.

Но в других регионах возможны варианты. Скажем, Африка сейчас наполовину англо-, наполовину франкофонная. Арабским странам уже сто лет проталкивают через прессу и телевизор [1] искусственный “стандартный арабский”, на котором до сих пор никто не говорит, но исторически они так же были поделены между Англией и Францией. С региональным языком Латинской Америки все очевидно (испанский), но не с предпочитаемым международным. Гринго там не любят, а после понижения статуса США добрые европейцы объяснят латиносам, что все их беды — от ЦРУ. Английский они окончательно возненавидят и будут смотреть на мир за пределами региона через французский язык. Тем более, что он принадлежит к их родной романской языковой семье, учить будет легко.

После того, как французский повысит свой статус в странах третьего мира, появится практический повод к его более широкому изучению и в Европе. Уже сейчас французы носятся с лозунгом “на французском говорит полмиллиарда человек”. А через 30 лет будет, страшно сказать, миллиарда два. Немецкий никогда уже не выйдет за пределы ~100 миллионов носителей, перспектив стать внутриевропейским языком не было и нет. Но для более надежного разрыва с наследием темной американской эпохи объединенная Европа вполне может начать замену английского как языка внутреннего общения на старый добрый французский. И все снова будет хорошо. :)

[1] Мельком видел кусочек какого-то документального фильма о Ближнем Востоке. Показывали телестудию. Ведущая тараторит на “стандартном арабском”. Но также видно, что на всем оборудовании студии подписи к кнопкам и рычажкам на французском. ;)