Холодная война — 1963-1978

Posted on December 1, 2017 in History, UK, US

I

Несмотря на видимую стабилизацию после Кубы и Кеннеди, к 1968 году позиция “лидера свободного мира” лучше не стала. Американская группировка во Вьетнаме выросла до своего пика в полмиллиона солдат, что все равно не принесло долгожданного перелома. На других фронтах Холодной войны положение тоже не радовало. В 1966м де Голль отполировал повторный отказ Британии вступать в ЕС выходом Франции из НАТО. В 1967м заложенный Суэцким “кризисом” арабо-израильский конфликт материализовался в виде Шестидневной войны — доблестный вермахтцахал четким блицкригом оккупировал ПольшуСинайский полуостров. Британская ядерная платформа в Северной Евразии достигла паритета с США.

В этой напряженной обстановке “партнеры по англосфере” откалывают коленце. В январе 1968го Британия объявляет об окончательном выводе своих войск “с востока от Суэца”, т.е. с Ближнего Востока (откуда по планам НАТО должны были лететь ядерные бомбардировщики на Сталинград) и из Индийского океана. На этот раз решили выводить в самом деле, а не как в 1949м или 1956м. Видите ли, “imperial overstretch”. [1] Перетрудились. С экономикой проблемы, фунт слабый на фоне немецкого виртшафтсвундера. Даже несмотря на объемные американские вливания в поддержку его курса, введенные специально секретным соглашением, чтобы англичане могли продолжать содержать свои базы. ;) И арабский национализм к тому же что-то разбушевался.

Сингапур, Малайзия и Австралия, конечно, тут же бросились в ноги суверену: на кого же бросает нас Её Величество. Ведь СССР и КНР повесят свои красные тряпки вместо Юнион Джека, как только последний корабль отчалит в Саутхэмптон. Президент Джонсон, будучи пролетарием, найденным у таксопарка и выдвинутым по профсоюзной линии, писал премьер-министру Вильсону:

“Лимоноеды ебаные, союзнички, блядь. Хоть РАЗ бы без ваших припиздонов обойтись! Да какая от вас, на хуй, польза?”

Вильсон, до правительственной карьеры преподававший экономическую историю в Оксфорде, отвечал:

“Дорогой сэр,

Надеюсь, мои слова найдут Вас в добром здравии. Мне исключительно прискорбно видеть, как тяжело Вы переносите наше решение. Над нами довлеют обстоятельства исключительной силы. Выбранный нами курс является единственно возможным. Лишь с его помощью Британия сможет найти для себя новое место в мире.

С уважением, Гарольд"

Вывод войск, конечно, планировался не мгновенный, а к 1971 году. И даже после вывода должны были остаться гарнизоны в Брунее и Гонконге, а с Малайзией и Сингапуром были подписаны соглашения о “кооперации”. Уход “с востока от Суэца” прорабатывался со всей ответственностью: в 1959-1965 главнокомандующим британских вооруженных сил был лорд Маунтбэттен лично (шесть лет — самый длинный срок с момента создания поста). Его задачей было создание единого министерства обороны из трех независимых родов войск. Долгое время, считалось “теорией заговора” существование плана по убиранию Вильсона в коробку и замену его на посту премьер-министра Маунтбэттеном в случае “национальной катастрофы”. Якобы, делу не был дал ход, потому что Маунтбэттен “отказался” в мае 1968го. В 2009 году в MI5 признали, что план был, но “неофициальный”. ;)

Какой “катастрофы” Британии удалось избежать в мае 1968го, понятно. “Пражская весна” и парижские протесты, устроенные, чтобы убрать в коробку отслужившего свое де Голля, прикрывают начавшиеся в том же мае 1968го в том же Париже мирные переговоры по Вьетнаму. Их результатом стал уход США из Вьетнама. Если бы “уходом” англичане не смогли бы убедить американцев, что пора договориться, то действительно была бы “катастрофа”, и принимать командование страной в военное время пришлось бы кузену Её Величества. Конечно же, историки пока не замечают этого и пишут, что уход “с Востока от Суэца” был объявлен именно тогда по чистому совпадению: сторонник евроинтеграции Рой Дженкинс в подковерной борьбе занял пост министра финансов и пошел на поводу у Брюсселя. ;)

[1] Это клише сейчас употребляется британскими историками и в адрес США. ;)

II

1960е-1970е, до которых мы добрались, это эпоха протестов против ядерного оружия. “Ядерная бомба” 21 века это мусульманские мигранты, против которых выступают “хиппи” 21 века вроде PEGIDA и Britain First. У последних не больше знаний о принципах работы и назначенных целях “бомб”, чем у “детей цветов” о ядерной физике и глобальной стратегии. Но шум насчет “апокалипсиса” очень похожий.

III

Если президентом Франции, да еще при “монархической” конституции Пятой республики, был английский агент де Голль, означает ли это что Франция стала криптоколонией Британией, а вместе с ней и возглавляемый Францией Евросоюз? Вовсе нет — имели место очередные “особые отношения”. Де Голль был договорной фигурой, чьи связи с англичанами лишь помогали французам выполнить их часть соглашения. Из кого, как не из героя войны и лидера “Свободной Франции” лучше было слепить “англоскептика” тогда, когда он был так нужен? Его поставили и сняли обратно вошедшими во французскую политическую традицию за 19 век методами (военный переворот-протесты интеллигенции). Проведенная за 10 деголлевских лет “деколонизация” Африки также указывает на договорное закрепление раздела континента между англичанами и французами. [1]

При де Голле окончательно прекращается французский “страх” перед Германией (вступившей в НАТО в 1955). Становится популярным объяснение, что евроинтеграция стала возможной именно из-за “деколонизации”. “Потеряли Африку — приобрели Европу”. Т.е. “американцы отжимают собственность — европейцам нужно сплотиться”. Условием евроинтеграции Британии также ставится “отказ” от заморской империи. Поэтому, как только Франция и КНР обзаводятся собственным ядерным оружием и средствами доставки [2], у англичан снова щелкает в мозгу, и их евроскептицизм отключается. Видите ли, торговля с доминионами и так падает — Канада переориентировалась на Америку, а Австралия на Азию. Раз американцы так просят присоединяться к Европе, подадим и третью заявку (на следующий год после вето второй, в 1967).

The devil makes three, поэтому только с третьего раза англичане уходят “с востока от Суэца” и с третьего же раза присоединяются к ЕС. Используется уже отлаженная риторика “потеряли Империю — приобрели Европу”. Американские субсидии, поддерживающие курс фунта, естественно отменяются. Это разрушает “зону стерлинга” [3] по соглашению с французами [4], и доллар США становится единственной резервной валютой мира. Американцы отвязывают его от золота, почти день в день с закрытием Британией последней базы “к востоку от Суэца”. [5] Но французов предупредили заранее — де Голль обменял все доллары на золото уже в 1965м, что ослабило доллар уже тогда. В том же 1965м, по совпадению, делается очередной шаг к современному ЕС — три “евросообщества” (“уголь и сталь”, атомная энергия, общий рынок) сливаются в одну организацию.

В год, когда Британия формально начала членство в ЕС (1973), по совпадению, ВВП ЕС догнал ВВП США. Население Острова только забыли спросить, поэтому для галочки провели “референдум” в 1975м, родина демократии все-таки. ;) Послевоенный мир закончился, и начался мир виртуальный, в котором мы живем по сей день. Наступившая “разрядка отношений между сверхдержавами” 1969-1979 годов позволила США и Британии отдышаться, а Европе и Китаю подготовиться к следующему этапу противостояния. Ведь навалившиеся на американцев проблемы еще не означали их поражения.

[1] О сути “Франсафрики” недавно сняли неплохую комедию “Qu’est-ce qu’on a fait au Bon Dieu?”.

В консервативной католической семье три дочери вышли замуж за араба, еврея и китайца. Все надежды на четвертую. Та приводит домой католика, но он оказывается выходцем из Кот-д’Ивуар. :) Сперва можно подумать, что фильм — пропаганда мультикультурализма и расового смешения, но даже без “очёчков” легко увидеть, что смысл там иной. Ведь батя африканского жениха сам оказывается правым голлистом. ;) Для затравки цитата из диалога между отцом и сыном:

— Их семья все равно тебя не примет.

— Papa, не волнуйтесь, их три старшие дочери уже вышли замуж за араба, еврея и китайца.

— У них что, семья КОММУНИСТОВ?!

[2] Первой “западной” страной, признавшей КНР, была именно Франция, как раз в 1964 году, когда китайцы испытали свою бомбу.

[3] Британская колониальная валютная система без возможности свободной конверсии, что-то вроде советского рубля. ;)

[4] Понижение курса фунта до рыночного и его свободная конверсия были условием вступления в ЕС.

[5] Гарнизон Гонконга, естественно, остается на месте. Рано еще!

IV

Две книги про “уход с востока от Суэца”, обе построены примерно по одному плану, но они скорее дополняют, чем повторяют друг друга:

Еще вспомнил про одну книгу о торге вокруг проекта ЕС без Британии, которую, впрочем, так и не прочитал:

Может быть, вы её прочитаете и мне расскажете. :)

V

Я не случайно сказал, что в 1971-1975 годах мир начал становиться виртуальным. Первый микропроцессор появляется в 1971м, первая спецификация TCP/IP в 1974м. Интегральные схемы, ранее использовавшиеся только военными из-за стоимости разработки и производства, начинают появляться в гражданской продукции. [1] Вопреки распространенному мнению, толчком распространения гражданских компьютерных сетей стала не порнография, а финансовая индустрия. В 1972-1973 годах появляются первые биржи опций и фьючерсов, призванные улучшить управление рисками, ставшими столь значительными из-за “нефтяного кризиса”, вызванного войной Судного дня.

В моем повествовании очень редко упоминается СССР и Восточная Европа. Потому что сказать-то и нечего. Это еще при том, что в первой половине Холодной войны СССР как-то можно притянуть за уши. Во-второй это будет гораздо сложнее. Ведь он выполнял не более чем роль массовки заднего плана. Вот, посмотрите. 1971 год: КНР испытывает первые баллистические ракеты “собственной разработки”, за что награждается местом Тайваня в Совете Безопасности ООН. Советские сидят. 1972 год: Киссинджер тайком едет в КНР договариваться о перемирии и “совместном сдерживании” СССР, а потом с официальным визитом и Никсон. Советские сидят. 1974 год: пока мир увлеченно смотрит на Ближний Восток, Индия проводит свое первое ядерное испытание. [2] Советские сидят, хотя разумные люди уже должны были научиться на примере КНР обращению с “младшими братьями”.

Само собой, начавшаяся виртуализация мира советским до лампочки (Леонида Ильича :) ). Принимается мудрое решение компьютерную технику банально копировать. Вот только как раз к концу 1980х полупроводниковые техпроцессы становятся настолько тонкими, что срисовывать топологию кристаллов под электронным микроскопом становится уже невозможно. А англичане, почему-то, на этот раз не помогают крадеными чертежами! Про “финансовые деривативы” советские даже и не слышали. Участие СССР в создании нового поколения финансовой инфраструктуры мира исключительно массо-габаритное: советские долларовые вклады размещаются в Лондоне, подальше от американских санкций, что превращает Лондон в центр индустрии “евродолларов”, свободной от регуляций Федерального Резерва.

Виртуализируется даже американская внешняя политика. При Киссенджере начинается переход от практики приведения к власти “наших сукиных сынов” путем организованных ЦРУ переворотов к практике “демократических изменений” через сети контролируемых Госдепом “неправительственных организаций”. А инструмент советской внешней политики остается прежним — танчики. Что приводит к “imperial overstretch”: в начале 1970х советская экономика перманентного военного времени начинает захлебываться. Только там, где у англичан потянутая мышца, у советских грыжа позвоночника и заворот кишок. В конфликтах Третьего мира, которые англичанам пришлось начать, чтобы американцам было нескучно после завершения войны во Вьетнаме, наравне с СССР выступает такой гигант как Куба. [3]

Впрочем, и эффект от танчиков оказался противоположным задуманному. После вторжения в Чехословакию, деголлевская “Politique à l’Est” получает продолжение в “Ostpolitik” Брандта. С обиженными на советских восточноевропейцами западноевропейцы начинают работать напрямую. Заключаются соглашения о торговле в обход Москвы, интеллигенции делается намек, что уже скоро их возьмут в Европу насовсем. Но кое-что перепадает и советским. Например, им продают за нефть трубы для нефтепроводов, по которым продавать нефть можно только поставщикам труб. ;)

[1] Некоторые продолжают верить, что Кремниевая долина самозародилась на калифорнийских пляжах как воплощение предпринимательского духа американского народа. Примерно как основатель мормонства Джозеф Смит гулял в лесу и случайно выкопал пачку берестяных грамотзолотых листов с ранее неизвестным священным писанием. А что такого? Пляжный песок ведь по большей части состоит из кремния!

[2] Договор о “нераспространении” 1968го года (как раз к наступлению паритета) индусы не подписывали. Англичане же не дураки садиться за стол без туза в рукаве. Но к Индии я вернусь только в самом конце, там есть интересный вариант развития событий “брексита”. ;)

[3] Что раскрывает и истинный статус Кубы. В “кембриджской истории Холодной войны” неиронически используются такие фразы как “искусство кубинских дипломатов” и “кубинская стратегическая дальнозоркость” относительно кубинского участия в событиях в Анголе и Эфиопии. ;)

VI

Середина 1970х отмечает переход США от дел к словам. Поставленные в неудобное положение проигрышем во Вьетнаме американцы заявляют, что они продолжают быть “державой с глобальными обязательствами”. Факт произнесения подобных речей означает, что гегемония начинает шататься. “Региональные” европейцы, тем временем, закрепили характер своих отношения с СССР, т.е. отношений метрополии и добывающе-логистических факторий. [1] Делегацию части полномочий по управлению колонией Континенту оформляют в виде Хельсинкских соглашений. Их суть настолько прозрачна, что президент США Форд отказывается знакомиться с их текстом. “Все понятно”.

Вопрос об интеграции Восточной Европы в ЕС и роспуске СССР был к 1975 году полностью решен. Почти одновременно заканчивается и подготовка Китая к повторному открытию для мира. В 1976 году заканчивается “культурная революция”, истинной целью которой было создание защитных механизмов против американской инспирации в условиях рыночной экономики. Чистки и реформы КПК были необходимы, чтобы не начались массовые побеги в Нью-Йорк с миллиардами под мышкой. Допустим только Лондон. ;)

Американцы, конечно, не собирались мириться с ситуацией и подумали, что им попросту не хватило заварки. Окончательно оформляется концепция warfare-welfare state, предусматривающая “жесткие переговоры” с миром о ценах на сырье и тарифах на импорт и покупку их поддержки населением. Прототипом послужила война во Вьетнаме, неслучайно совпавшая со программами Great Society Джонсона. Развал Бреттон-Вудской системы, конечно, многих напугал, но отказ от золотого стандарта принес и пользу — стало возможно оплачивать международные долги, просто печатая доллары.

Не стоит, впрочем, думать, что американцы смогли всех обжулить. Почетную обязанность поддерживать американскую оборонку несли, в основном, страны, находящиеся с США в неравноправных отношениях. Например, успех “рейганомики” объясняют тем, что Япония потратила свой торговый профицит с США на выдачу кредитов им же, что позволило снизить налоги, не снижая бюджетных трат. Упущение из вида таких мелких деталек сильно вредит либертарианским картинам мира. ;) В наши дни крупным держателем долга США является Китай, и американцы, похоже, думают, что так и надо. Вот только Китай находится в неравноправных отношениях вовсе не с США.

Исследование распоряжения азиатскими странами своим торговым профицитом может пролить свет на многое. Когда после “нефтяных кризисов” 1970х в монархии Персидского залива потекли нефтедоллары, они разместили их, как уже догадываются читатели, в Лондоне. Эти несколько сотен миллиардов долларов очень помогли Сити вернуть себе роль полноценного финансового центра.

[1] Некоторых историков мучает вопрос, почему у Латинской Америки и СССР был одинаковый ВВП на душу населения, но “сверхдержава” получилась только из последнего. Серьезно, об этом пишутся работы! Возможно, ответ дадут историки, расписывающие, как Фидель Кастро стравливал сверхдержавы между собой. ;)

VII

В начале цикла я сказал, что “Холодная война” это понятие условное, календарное (1945-1991). У Холодной войны без кавычек нет четкого начала — мне пришлось отмотать пленку к 1918 году, чтобы показать контекст англо-американского соперничества. Нет и четкого конца. Есть, например, историки, которые считают, что она закончилась с уходом в разных смыслах Кеннеди и Хрущева (1963-1964). Такой выбор даты финала несколько обескураживает недосказанностью. Ведь отвлекающие США от Азии маневры в Европе шли еще лет 5-10. Но не менее обескураживает и выбор 1991 года. Ведь Евросоюз и КНР к тому времени едва успели получить “аттестат зрелости”. СССР развалился, говорите? Ну и что?

В повествовании я дошел примерно до конца 1970х, когда “разрядка” начала переходить для СССР в “застой”. Начавшаяся к тому моменту виртуализация мира означает, что становится все менее и менее осмысленно говорить о действиях конкретных акторов — их стало слишком много. Для описания последней четверти 20го века серьезному историку нужно переходить от “механики частиц” к “механике сред”, т.е. к статистическим методам. Я не зря ранее упомянул, что премьер-министр Гарольд Вильсон преподавал экономическую историю. Из экономических данных можно извлечь немало интересных совпадений. Как я уже говорил, Британия вступила в ЕС ровно в момент когда его ВВП сравнялся с американским. Хорошим примером служит и один факт из вчерашнего ответа читателю. ВВП Британии и Индии сравнялись в начале 20 века, и тогда же началось спонсирование “индийского национализма” и подготовка к “индийской независимости”.

Поскольку я не историк и не экономист (и вообще не гуманитарий), я могу отметить лишь самые банальные совпадения. Их, конечно, немало, и многие забавные [1], но этот цикл я пишу, в основном, чтобы обратить внимание на ряд книг, которые будет полезнее прочесть заинтересовавшимся лично. Дело в том, что основной посыл уже достаточно проиллюстрирован: Европа и Китай объединились после катастрофы, а США не смогли им помешать. Любые дополнительные факты, которые я могу посчитать нужным сообщить, будут в нее встраиваться. Историю детства и юношества Евросоюза и КНР стоило проговорить в деталях, а последние 40 лет уже “понятны”. Хотя и еще и недостаточно изучены в академической среде.

К тому же, разговор о последней декаде “Холодной войны” неизбежно перейдет в разговор о близких к нашим дням событиях. А это будет уже не история, а политика. ;) Вместо пересказа заголовков прошлогодних газет мне хотелось бы немного поспекулировать о том, в какую сторону будет развиваться миропорядок. Еще один читатель сообщил, что ему кажется, что я описываю соперничество США и Британии как “игру в одни ворота”. Как он верно догадался, такое описание сделано намеренно. :) Оно хоть и несколько гротескно, но позволяет понять, как выглядят речевки о том, что Америка идет от победы к победе. Но я, все же, не хотел бы создавать впечатления, что от победы к победе идет Британия.

Британия меняется, а “англо-американские особые отношения” развиваются. Последние можно описывать как дружбу, можно как войну, и оба взгляда полезны, чтобы сделать какие-то выводы. Поэтому, прежде чем начать спекуляцию, я предупреждаю, что хотя из нее может показаться, что Британия будет единолично править миром, говорить о “Британии” становится также все менее и менее осмысленно. Ранее, в заметках на тему “переезда Фирмы на Континент” я примерно в таком же стиле говорил, что миром будет единолично править “Европа”. [2] Все это разные взгляды на одно и то же. Их объединяет уверенность в завершении Pax Americana. ;)

[1] Например: Фолклендская война началась почти день в день с началом переговоров между Британией и КНР о “хендовере” Гонконга. ;)

[2] Удивительно, что никто до сих пор не спросил, за “англичан” ли я или за “европейцев”. ;)

— Василий Иванович, вы за большевиков или за коммунистов?

— Я, Петька, за Интернационал.

У этого анекдота есть продолжение, где Фурманов уточняет, за первый или за второй. ;)